Исполнились ли Ваши новогодние желания, загаданные в канун 2016 года?
Да, мои желания всегда исполняются
Да, и даже круче, чем загадывалось
Частично
Жду исполнения, до конца года еще есть время
Нет, не исполнилось
Не успела ничего загадать, исправлюсь в этом году
Не верю в подобную ерунду
 
 
Новости Жизнь Владмамы Материнство Дети Здоровье Образование
Женский мир Семья Дом Путешествия Форум

«Что ты делала весь день дома?»

Книга

Издательство «Астрель» представляет новую книгу для молодых родителей «Первый год с малышом. Как мы учились быть папой и мамой». Автор — Ирина Чеснова, журналистка и писательница, кандидат исторических наук. Эта книга — откровенный и трогательный рассказ о самом начале родительского пути. О проблемах и радостях молодых пап и мам, их ошибках, успехах, трудностях и открытиях. О том, как меняются отношения в семье с рождением ребенка и как в этот непростой период сохранить взаимопонимание и нежные чувства друг к другу.
Специально для читателей портала vladmama.ru Ирина Чеснова подготовила к публикации на нашем сайте фрагмент из своей книги.

Раньше, по наивности своей, я думала, что современные мужья — сплошь понимающие и адекватные. И они знают (видят, чувствуют), что молодым мамам тяжело, что в голове у них не мужнины проблемы и мытье посуды, а кормления, прививки и колики. А еще мужья (все как один разумные и сильные духом) понимают, что все это временно. Нужно только немного потерпеть, больше помогать и участвовать в уходе за младенцем… А там, глядишь, жизнь наладится.
Но я фатально ошибалась. На самом деле, рождение ребенка — это настоящее испытание для семьи, проверка на прочность чувств и отношений, и конфликты на тему «почему мне никто не помогает?» или «что ты делала весь день дома?» — это совсем не пережитки прошлого, а суровая реальность.

Как показать мужу, что уход за младенцем — это тяжелый труд, а не отдых в санатории? Об этом — история Люси и Бори.

Наши друзья Люся и Боря всегда казались мне гармоничной парой. Люди, что называется, нашли друг друга. В лице Люси Боря получил благоразумную и эффектную жену, у которой есть «за что подержать», но нет острого языка и топ-модельного снобизма. А Люся заимела на 100% верного мужа, однолюба с непоколебимой установкой «все в дом, все в семью». У однолюба, правда, были задатки зануды и «клевателя мозга», но Люсю это не смущало. Где ж сейчас встретишь идеал?
Всю свою зарплату Люся честно отдавала супругу. А потом жалостливо выклянчивала у него «на булавки». Но муж был суров и говорил, что им надо «копить на ребенка».

Еще Боря очень любил свою маму (папу, конечно, тоже, но маму больше) и всегда прислушивался к ее мнению. Любимой маминой фразой была: мы еще никогда ничего плохого друг другу не посоветовали.
Но это мелочи. Зато Борис всегда спешил после работы домой, пиво с друзьями пил только на кухне и не мыслил уик-энда без собственноручного мытья полов в квартире. А еще он искренне обожал тещу с тестем и при каждом удобном случае норовил приехать с Люсей к ним в гости.

После рождения сына Степы Люся осела дома. Боря не изменил себе и каждый вечер в шесть сорок пять уже поворачивал ключ в замочной скважине. Делал сыну «козу», помогал его купать и немного баюкать. Все выходные напролет проводил с домочадцами, но жену никуда одну «пошляться» не отпускал.
— Я каждую свободную минуту хочу провести рядом с вами, а ты? … — пенял он супруге.— Мы семья, мы должны быть вместе.
Люсьена закусывала губу и бежала звонить подружкам, что никак не может встретиться. Семья-с.

К слову, накопленная «на ребенка» денежка по прямому назначению так и не пошла — почти все нужное и дорогостоящее подарили бабушки-дедушки. Зато «все, что было нажито непосильным трудом» Боря с чувством глубокого удовлетворения отнес в банк. С заначкой и капающими процентами зажилось веселее, а сон стал крепче.

Радужное будущее омрачало только одно. С уходом Люси в декрет все их доходы свелись только к Бориной зарплате. Ощутив невероятную финансовую ответственность, Борис понял, на ком держится семья. На нем — трудолюбивом пчёле, который света белого не видит, работает в поте лица, чтобы прокормить два голодных рта (читай, иждивенца), окопавшихся дома.
А что же он, изможденный добытчик, видел в родных стенах, едва переступив порог после офисной каторги? Хаос. Бедлам. Кавардак и разруху!
Люся не протерла пыль!
У Люси разбросаны вещи!
Люся не приготовила утку в яблоках!
Не заутюжила стрелки на брюках!
Не разморозила холодильник!
Не прорыхлила пальму!
Да что там пальма — даже не удосужилась за собой чашку помыть! И это в то время как Борис из последних сил тащит на себе воз житейских и финансовых проблем. И вообще является живой иконой Люсиного благоденствия.
А то, что Люся весь день крутится вокруг грудного ребенка и иногда даже не успевает чаю попить (не говоря уже о том, чтобы помыть после этого чашку), никому, конечно же, в голову не пришло. Видимо, в понимании Бори уход за младенцем был синонимом отдыха в санатории, временно размещенного в их квартире.

Насмотревшись на гибнущие пальмы и осознав вопиющую несправедливость в распределении прав и обязанностей («я — все, а Люся — ничего»), Боря стал выдвигать претензии. Поначалу разрозненные и редкие, постепенно они слились в цельную политическую платформу, с которой Борис, словно Ленин в октябре, стал ежедневно выступать на кухне. «Обращение к нации» всякий раз начиналась одинаково:
— Малыш, ты целый день дома, неужели было трудно… — далее шли вариации — разложить по местам раскиданные вещи, почистить картошку, вынуть белье из стиральной машины, убрать помытые кастрюли в шкафчик, стряхнуть крошки со стола и т. д. и т. п.

«Малыш», который за весь день беготни с трехмесячным ребенком (отчего-то переставшим спать и какать) уже ощутил себя ломовой лошадью, начинал мямлить и оправдываться:
— Да вот как-то руки не дошли… Да я закрутилась чего-то…
Дезориентировав и сломив волю противника, Борис «добивал» его риторическим вопросом.
— А как же другие справляются? — вопрошал он и, не дожидаясь ответа, победоносно покидал поле битвы.
Поначалу Люся даже не знала, что ответить. Ход-то на самом деле дешевый — на голубом глазу утверждать, что у других жен и чище, и сытнее. А кто проверял? В гостях были, видели? Вообще-то к приходу гостей люди обычно готовятся, убирают раскиданные вещи, стряхивают крошки и картошку чистят заранее. Так что аргумент, что другие справляются лучше, голословен.

Но, попытавшись образумить мужа и воздействовать на него логически, Люся потерпела фиаско. Любые ее доводы натыкались на «ты весь день дома», «нужно правильно планировать свое время» и «а как же другие справляются?», и Люсьена ловила себя на мысли, что хочет заехать мужу нечищеной сковородкой промеж глаз. Любящий, надежный, преданный мужчина (правда, с задатками мозгоклюя) все больше превращался в домашнего деспота. С задатками самодура.
Люсе даже в какой-то момент показалось, что Борис просто изощренно издевается, сознательно вырабатывает у нее комплекс неполноценности, самоутверждаясь за счет временно неработающей и зависящей от него женщины. Но проведя еще несколько сеансов психборьбы, она поняла, что никакого коварного плана по изведению жены у Бори нет. Просто такая у него странная логика.

Он не лукавил, а свято верил в то, что говорил. Он искренне не понимал, как можно за весь день не найти время помыть пол в прихожей. И думал, что в квартире соседки, такой же молодой мамы, стерильно как в операционной. Хотя бывал там пару раз и то по большим праздникам.
Прорыдав несколько дней в подушку, Люся поняла, что если она не даст решительный отпор необоснованным обвинениям мужа, в его глазах за ней навсегда закрепится реноме лежебоки и никудышной хозяйки. И тогда он точно ее со свету сживет своими придирками.

Организовать движение Сопротивления — идея, что там говорить, хорошая, но ведь важно не участие. Нужна победа! Сковородка, конечно, аргумент весомый, но в данном случае не сработает. И тогда вместо тефлоновой посудины Люся взяла в руки… лист бумаги.
Выкроила время, села и подробно, с точностью до минуты описала свой день.
6.00.— подъем и утренний туалет
6.15.— 6.20.— подготовка к кормлению
6.20.— 6.40.— пробуждение Степы, туалет, смена подгузника
6.40.— 7.00 — кормление…
И так далее.
Написала и сама ужаснулась, до чего ж насыщенные у нее будни. И как тяжела и беспросветна ее жизнь. Кормления, сцеживания, памперсы, колики, газоотводные трубки, укладывания спать по 40 минут, ведро с тряпкой, пыль столбом, дым коромыслом… Так что если сюда добавить еще и кулинарные экзерсисы вроде утки в яблоках, можно смело идти и вешаться. На той самой непрорыхленной пальме.

Люся рассчитывала, но в глубине души не особо надеялась, что простенький листик с «отчетом о выполненных мероприятиях» сильно подействует на ее любимого тиранчика. И уж, конечно, совсем не ожидала, что он произведет эффект разорвавшейся бомбы.
Изучением распорядка дня изнывающей от безделья супруги «тиранчик» занялся на работе — в офисе. То, что произошло потом, до конца сможет понять только человек, лично знающий Бориса — этого вечного спорщика, который даже под дулом пистолета не признается в собственной неправоте. А произошло то, что Боря позвонил Люсе и ИЗВИНИЛСЯ. Так и сказал: «прости засранца, неверно оценивал ситуацию». Он понял, чем конкретно занята его жена сутки напролет. Проникся. Переварил. И ужаснулся.

С тех пор тема «что ты делала весь день дома?» была почти закрыта. Почти — потому что периодически (когда подзабывалось содержимое листиков с отчетами) она все же поднималась. И снова на время прикрывалась испытанным способом.
Вернув гармонию в семью, Люсьена сделала для себя один важный вывод: если тебе, неглупой и адекватной женщине, кажется, что какие-то вещи понятны и очевидны без слов, не факт, что они так же понятны и очевидны твоему мужчине, тоже, кстати, неглупому и адекватному. А потому свою точку зрения надо разжевать и положить ему в рот. Чтобы вам одинаково было понятно и очевидно. «Счастья вам, женщины, и взаимопонимания! С приветом, Люся!»

P. S. Совсем недавно я позвонила Люсе поболтать «за жизнь». Трубка ответила уставшим голосом Бори:
— Люсенька уехала к родственникам в Смоленск. Они давно звали, а у меня тут отпуск как раз… Вот остался «на хозяйстве».
— Ну и как отпуск?
— Ужасно. Просто ужасно. Степа заболел. Температурит, кашляет. Я тут с ним… Ночь не спал… Он капризничает, с рук не слезает. Всю душу вымотал. А ведь еще надо покушать приготовить…
У-у-у, да в нашем полку прибыло.
— Ну что, молодой папаша? Теперь тебе понятно, каково это — сидеть дома с ребенком без выходных и перерывов на обед?
— Ну, я ведь после работы и в выходные Люсеньке помогал…
— А тебе никто не помогает?
— Да нет, мама приходит…
— Ну вот! Что ж ты стонешь? У тебя такая подмога мощная!
— Все равно жесть!
Ничего-ничего, держись! Люси-то давно нет?
— Да два дня…
— И ты уже дохнешь?
Тут я совершенно невежливо расхохоталась.
— Нет, это все не для меня,— голос Бори совсем обессилел.

Положив трубку, я еще минут пять веселилась. Да, Боре не позавидуешь. В такой водоворот попал, бедолага! Еще получит моральную травму, потом на «вот такой рубец» всю жизнь жаловаться будет.
Логика рассуждений привела меня к мысли: может, теперь Борис окончательно поймет, что сидеть по 12 часов в сутки с ребенком (и очень часто с больным ребенком) и вести хозяйство — это, действительно, «жесть»? Что Люсина доля тяжела и заслуживает благодарности и восхищения, а не укоров в несделанной по дому работе?

Но что-то подсказало мне, что не поймет. Потому что, как большинство мужчин, Боря исповедует латинскую пословицу «что позволено Юпитеру, не позволено быку». При переводе на русский бытовой она звучит примерно так: женщины к таким вещам привычные и вообще им сам бог велел растить детей и хранить очаг, а мы, особы голубых кровей, рождены не для этого. Чистить плиту и вскакивать к болеющему ребенку среди ночи? Это не наш удел! Заниматься «грязной» работой, выполнять кучу рутинных обязанностей мы не будем. Мы будем РУКОВОДИТЬ. И спрашивать с «подчиненных» по полной программе: почему не убрали игрушки и не прорыхлили пальму.
Боря, а ты сам-то за два дня Люсиного отсутствия про дерево свое драгоценное вспомнил?

В общем, под конец философствования я пришла к выводу прямо-таки вселенского масштаба. Дорогие молодые мамы! Почаще оставляйте мужей с детьми. С какой стороны ни посмотри, всюду от таких экспериментов польза. Мужьям — школа жизни, а вам — возможность развеяться, повеселиться и заполучить в свой арсенал мощнейший аргумент:
— А ТЫ хотел бы оказаться на моем месте и жить так, как живу я? …

Ирина Чеснова,
отрывок из книги «Первый год с малышом.
Как мы учились быть папой и мамой»

Сайт автора — www.irina-chesnova.ru

Книгу Ирины Чесновой скоро можно будет приобрести в офисах Владмамы. Следите за анонсами.

 

 

 
Рейтинг: Рейтинг статьи: Отлично (голосов: 47)
Ваша оценка:
1478 просмотров
Напечатать
..........................................................................................................................................................................